Глава 2. — Японское искусство любви

Она лежала, подперев голову рукой: глаза светились любопытством и искрились от возбуждения. Белое тело с распущенными рыжими волосами напоминало русалку, лежащую у берега синего моря. Напрягая последние остатки воли, я взял веревку и сел рядом на край кровати.

-Если будет неприятно, говори, - пробормотал я с уверенностью, которую не чувствовал.

-А ты поаккуратнее, - она доверчиво протянула мне руки. - Мне до 24 часов нужно попасть домой.

-Ты такие требования выдвигаешь, будто пришла на прием к врачу, - пробурчал я, пытаясь справиться с завязыванием петли. Ватные руки плохо слушались.

-Мне пока просто смешно, никакого возбуждения я не испытываю, - хмыкнула она.

-Потому что торопишься, - я тряхнул головой, отгоняя сонливость, и медленно стал накручивать петли на кисти. - Не отвлекай меня.

-А почему тебя бросила девушка? - Тане отчаянно хотелось общаться.

-Не моя и вовсе не девушка. Женщина, она была замужем,- я затянул узел и отрезал ножом концы. - Руки готовы.

-А где вы познакомились? - она принялась разглядывать свои скованные лапки. - Я чувствую себя в плену у злодея.

-Точно. У испанского пирата, который захватил корабль и взял в заложницы принцессу, - я начал связывать ее ноги, стараясь не рассматривать Таню слишком пристально. - У тебя красивые конечности, - протянул я.

-Ноги, дурачок, - захохотала она, - конечности только у кузнечиков и противных насекомых.

-Хорошо, ноги у тебя красивые. Познакомился с ней случайно. Перепутал в электронном адресе один символ и отправил финансовые документы компании на частный ящик. Она ответила, мы стали переписываться. Потом встретились. Пришлось ехать в Питер автостопом, денег не было, - я задумался и перестал ее вязать.

-Так она в Петербурге жила? И ты из Калуги туда отправился? Как романтично! - воскликнула Таня.

-Ну да, пока я ее не увидел. На встречу пришла тридцатишестилетняя тетя, а фотку мне выслала, когда ей было 25. Поэтому вместо девушки я обнимался с круглым маленьким колобком, - я улыбнулся, вспомнив Иру.

-И что было дальше? - затаив дыхание, спросила Таня. - Как неудобно в этих веревках, - она поерзала на кровати. - Долго еще?

-Ноги готовы. Осталось обвязать тело. Она мне не понравилась. Мы погуляли два часа по Адмиралтейству, и я убежал к знакомым, проклиная все на свете. А вечером она позвонила и проговорила со мной до 6 утра. Утром я отправился к ней в гости. Остался на три дня, втрескался по уши. Даже не знаю, как это вышло. Она была некрасивой, простой как пять копеек, домохозяйкой. -Встречались полгода. Но муж что-то заподозрил, записал наш телефонный разговор на диктофон.

-Господи! - выдохнула Таня.

-Пригрозил через суд отнять ребенка. Поэтому она меня бросила, - я посмотрел на ее грудь с розовым соском, которую грубая веревка обвивала серой петлей. - Тебе не больно?

-Нет, просто неудобно. И что было дальше? Ты больше не звонил ей? Не поехал?

-Не звонил. Заставлять ее делать выбор между любовником и сыном я не мог.

-Как грустно. Ты из-за этого пьешь? - она с жалостью взглянула в мое осунувшееся лицо.

-Не знаю. Мне больно. Когда пью, я забываюсь.

-Зря ты так быстро сдался! - она попыталась привстать, но не смогла. - Я как мешок с картошкой.

-В этом заключается смысл игры, - я потер слипающиеся глаза, отчаянно хотелось лечь рядом с ней на подушку. - Беспомощность возбуждает. Кто-то доминирует, а кто-то играет роль подчиненного. Антураж и аксессуары вроде веревок и кандалов нужны, чтобы усилить эмоции и подчеркнуть, кто - хозяин, а кто - слуга.

-Я ощущаю себя не слугой, а гусеницей в коконе. Значит ты садист?

-Почему это? - обиделся я.

-Ну ты этим всем увлекаешься, - протянула она.

-Это одна из практик усиления возбуждения, к бдсм она имеет отношение такое же, как садовая лопата - к убийству. Если захотеть, можно с помощью ведра отправить человека на тот свет. В ситуации с шибари трактовка похожая. Садисты могут использовать ее в решении каких-то своих задач.

-Понятно, - по ее глазам я видел, что ничего она не поняла, и согласилась, не желая демонстрировать невежество в теме, которая ей была чужда. - Теперь я связана, что дальше?

-Ты сказала, тебя тоже бросили? - уклонился я от ответа.

-Моя история банальна. Бегал за мной парень пару месяцев, пока не уложил и не лишил девственности, а потом ему стало скучно. Сказал, что не любит меня. Добился своего, и я стала ему не нужна.

-Я научу тебя вязать морские узлы, мы найдем балбеса, засунем в мешок и сделаем отбивную котлету, - я подмигнул ей.

-Я не держу на него зла, не страдаю, не впала в депрессию. Это все глупости, Андрей. Буду жить дальше и ждать свою любовь.

-Ты умница, - я коснулся пальцами ее пухлых губ.

-А теперь раздевайся ты, - скомандовала она.

-Пойду в ванную, умоюсь и почищу зубы, - я встал, покачнувшись, и ухватился за ручку двери.

-Быстрее только, мне холодно, - Таня поежилась.

Я вытащил из под нее покрывало и укутал до подбородка.

-Отлучусь на пять минут, - сказал я, пытаясь не качаться.

Чертов алкоголь. И зачем я так напился.

В ванной я до отказа открыл кран с холодной водой, подставил под струю полыхающее лицо. Водка всегда действовала одинаково. Я закидывал в себя пару стаканов и выключался, используя спирт как снотворное. То ли сопротивляемость организма была слабой, то ли я не умел пить. От чекушки с прозрачной жидкостью мозг отключался мгновенно. Сегодня я на удивление долго продержался.

Шум льющейся воды вытащил из памяти осколки воспоминаний: водопад в густом лесу, где я с отцом маленьким мальчиком ловил брызги руками, падающие под ноги орехи и раздавленные на футболке темные пятна сладкой шелковицы. Отец собирал их и кидался в меня. Орехи мы стряхивали с деревьев, а потом набив большой мешок, довольные и уставшие тащили его по горной дороге домой. Мешок был тяжелым, но я нес его, пыхтя и отказываясь от помощи. Веки отяжелели, я сполз на пол и прислонился к стиральной машине спиной.

Проснулся внезапно, почувствовав страшный холод. Непонятно было, сколько я провалялся в ванной. На ледяном кафельном полу все тело задервенело. Вода по-прежнему текла из-под крана. Заморгал глазами, отгоняя остатки похмелья. Во рту ощущался противный металлический привкус, а в висках пульсировала боль. Я взглянул на свое бледное и помятое лицо в зеркало, и тут меня стукнуло. Таня!

Рванув ручку двери, помчался в комнату.

Она лежала, свернувшись калачиком. Лицо было заплаканным и мокрым от слез.

-Прости, черт! Вырубился в ванной! - мельком бросил